From ArtWiki

По натуре это был тонкий пейзажист, человек кроткий, застенчивый, порой неуверенный в себе. Судьба не баловала художника. Не успев закончить Казанскую художественную школу, он был отправлен на фронт. Ему с лихвой привелось изведать тяготы солдатской службы, участвовать в нескольких сражениях, но он сохранил в себе поэтическое восприятие жизни. К сожалению, ранние работы А.С.Жаркова не сохранились, известно, что это были карандашные походные зарисовки и пейзажные этюды маслом, выполненные с большой проникновенностью. На протяжении семнадцати лет художник жил и работал в Верхнеудинске (ныне Улан-Удэ). В то время он был там едва ли не единственным живописцем. Удаленность и отрыв от жизни творческого коллектива иркутских художников не помешали Жаркову много писать, он устраивает несколько персональных выставок. Наиболее значительные работы этого периода - «Штаб сибирских партизан» (1926) и «Беглые с каторги» (1926).

Обращение к тематической картине находит в творчестве художника дальнейшее развитие, однако, сколь бы ни был автор увлечен сюжетом, сколь бы много внимания ни уделял решению темы, он всегда остается прежде всего пейзажистом. Перед самой войной переехав в Иркутск, Жарков преподает рисование в общеобразовательных школах. Признание пришло к нему с показом полотна «Отступление колчаковцев» на выставке 1939 г.

Жарков выполняет живописное полотно длиной в два метра. Панорамная многофигурная композиция написана им взволнованно, с глубоким человеческим сочувствием. На тему истории Сибири в этом же году Жарков пишет картину «Бой у Белого дома» (1939), обращенную к событиям гражданской войны. В 1941 - 1945 гг. художник работает в Товариществе, с первых же дней войны он принимает самое деятельное участие в создании агитокон ТАСС. Глубоко переживая, что не может сражаться с оружием в руках, Жарков работает самозабвенно, забывая про усталость. Его плакаты «Советский штык», «Красноармеец Середа», «В берлинском зоопарке», выполненные темперой, хлесткие, острые, злободневные, красноречиво свидетельствуют о том, что выполнены не профессиональным плакатистом, графиком, а художником-живописцем, которому в силу обстоятельств пришлось взяться за жанр, не совсем свойственный ему. И, пожалуй, это не столько недостаток данных листов, сколько их достоинство. В рисунках-экспромтах много живости, в них первая, страстная реакция художника на происходящее событие. И сейчас эти пожелтевшие листы, хранящиеся в фондах Иркутского художественного музея, несут на себе печать полного испытаний военного времени. Нельзя не сказать еще об одной стороне дарования художника - его камерном лирическом пейзаже. Интересны пейзажи «Мартовский день в лесу», «Моросит», «Река Уда», «Кайская гора», «Сосны», «Сибирский пейзаж». В отличие от батальных картин, которые имеют некоторые профессиональные погрешности и не всегда завершены, эти работы более непосредственны. Их живопись, мягкая и тонко сгармонированная, удивительным образом передает впечатление от природы, погрузившейся в тихую задумчивость или, напротив, звонкую, мажорную. Они раскрывают душу человека, распахнутую миру, незащищенную.